November 4th, 2013

Риголетто

О бездушном пении

Часто вижу в дискуссиях, вызванных моими антипопсовыми постами, такие аргументы в защиту земфиро-мадонн - КАК ОНИ НА СЦЕНЕ ВЫКЛАДЫВАЮТСЯ, КАК ДУШУ ВЫВОРАЧИВАЮТ!...

Обычно подразумевается, а часто и прямым текстом говорится, что академические певцы холодные и сухие и никакой пресловутой души в их исполнении нет.

Отвечу просто - когда нет владения голосом или просто нет голоса, то в ход идут побочные средства выразительности, такие, как придыхания, вхлипы, мелодекламация и т.п. Очень показательно в этом смысле "пение" Сергея Безрукова.
Если вы попадёте на экзамен младших курсов вокальных факультетов, то вы увидите, чем меньше человек владеет голосом, тем он больше жестикулирует.
Я уж не говорю про силу звука, которая у настоящих певцов достигает значения свыше 120 децибел. На такой громкости, между прочим, звучит двигатель самолёта при взлёте. Понятно, что у самолёта больше объём звучания, но тем не менее.
Так как надо "выкладываться", чтобы обеспечить такую силу звука?! А ещё, при этой силе, которая должна быть уже сама собой, надо следить за ровностью голоса, за кантиленой (связностью), за осмысленным построением фразы, за произношением, за окраской голоса!

Поэтому, если кто-нибудь посмеет мне сказать, что какие-нибудь земфиры или шнуры выкладываются больше, чем вот эти люди на записи, я предложу ему купить билет в оперный театр на первый ряд и в тот момент, когда оркестр будет играть наиболее громко, попытаться представить себя на сцене. Представили?! Так вот то, что вы слышите в первом ряду, жалкие цветочки по сравнению с тем валом звука, который накрывает певца на авансцене (точно как в середине приведённой ниже записи), заставляя кричать изо всех сил. А кричать-то нельзя, надо петь!)